ГЛАВНАЯ | ПЕРСПЕКТИВЫ | БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ | НОВЕЙШИЕ РАЗРАБОТКИ | НА ВООРУЖЕНИИ | ГАЛЕРЕЯ | ССЫЛКИ | ГОСТЕВАЯ

 

Материал подготовлен автором сайта  © Аndrei

При подготовке использовались открытые данные.

Всем желающим сообщить дополнительные сведения или внести уточнения просьба писать по адресу: btvt@ukr.net

Автор :  Генерал-полковник в отставке Г.П. ЯШКИН
Источник :  ВИЖ 4.98

"Под жарким солнцем Сирии"

 

генерал-лейтенант Г.П. ЯШКИН

На снимке: генерал-лейтенант Г.П. ЯШКИН (второй справа) с сирийскими военнослужащими 81-й тбр 3-й тд в долине Бекаа. 9 июня 1982 г.

 

Начало 80-х годов ознаменовалось резким обострением обстановки на Ближнем Востоке, переросшим в середине 1982 года в прямую вооруженную агрессию Израиля против Ливана и Сирии. Генерал-полковник Григорий Петрович Яшкин, являвшийся с 1980 по 1984 год главным военным советником в вооруженных силах Сирии - советником министра обороны Сирийской Арабской Республики (CAP), оказался в эпицентре этого военно-политического конфликта. Воспоминаниям о событиях тех лет посвящен этот материал. Главным военным советником в CAP Григорий Петрович был назначен с должности заместителя главнокомандующего Группой советских войск в Германии.

CИРИЯ... Произносишь это слово, и в памяти воскресают древняя история страны и бурные события последних десятилетий. С этим словом связано и многое другое, в частности волнения и переживания, вызванные предложением поехать в Сирию. Пригласив меня к себе, министр обороны СССР Маршал Советского Союза Д.Ф. Устинов начал разговор с жесткого и прямого вопроса: "Скажите честно, генерал, правильно ли мы остановили выбор на вас?" Затем Дмитрий Федорович коротко, но емко охарактеризовал обстановку на Ближнем Востоке, непосредственно в Сирийской Арабской Республике.

Он говорил о нарастании противоречий между арабскими странами, о начале войны между Ираном и Ираком, об экспансионистских устремлениях Израиля, активизации действий экстремистской организации "Братья-мусульмане", направленных на дестабилизацию ситуации в Сирии. Перед отъездом состоялись также обстоятельные беседы с начальником Генерального штаба Вооруженных Сил СССР Маршалом Советского Союза Н.В. Огарковым, другими должностными лицами Министерства обороны. Большое значение имело и знакомство с документами, определяющими характер и динамику развития советско-сирийского военного сотрудничества. Более детально обстановка в регионе предстала передо мной после первых встреч с послом СССР в Сирии Владимиром Ивановичем Юхиным, а также с офицерами аппарата главного военного советника.

В первые же дни я был принят президентом САР Хафезом Асадом, министром обороны Сирии Мустафой Тласом, другими высшими должностными лицами страны. В последующем с военными руководителями я поддерживал постоянные рабочие контакты путем личных встреч или по телефону. Интерес представляют некоторые факты биографий президента CAP и министра обороны. X. Асад родился в 1930 году в небольшом городе на северо-западе страны, недалеко от Латакии. Он был старшим сыном в большой крестьянской семье, общественно-политической деятельностью увлекся еще в школе. В одно время с обретением Сирией независимости вступил в БААС (Партия арабского социалистического возрождения). В 1955 году X. Асад поступил в военно-воздушное училище. Трудолюбие и талант сделали его лучшим пилотом страны. Летное мастерство он совершенствовал в Советском Союзе, в авиационном учебном центре под Фрунзе. Мне не раз приходилось слышать от президента Асада теплые отзывы об этом периоде его жизни. В 1963 году организованная X. Асадом подпольная группа военных по- могла партии БААС взять власть. Осторожный и прагматичный лидер, умеющий балансировать "на грани", X. Асад снискал уважение в партии и народе. Министр обороны Сирии М. Тлас окончил танковый колледж, служил и воевал в Египте.

 

Президент САР Хафез Асад

Президент САР Хафез Асад

 

 Будучи командиром танкового батальона, познакомился с X. Асадом. Они сошлись во взглядах, вместе участвовали в политической борьбе. В 1970 году Тлас сыграл одну из важных ролей в отстранении от власти прежнего главы государства. В 1972 году он получил звание корпусного генерала, стал министром обороны, первым заместителем главнокомандующего. М. Тлас учился в Советском Союзе, окончил Военную академию Генерального штаба. Один из его многочисленных научных трудов посвящен полководческому наследию Маршала Советского Союза Г. К. Жукова. М, Тлас - человек всесторонне образованный и, несомненно, одаренный. Он - автор нескольких поэтических сборников, художник-портретист, прекрасный фотограф, признанный в Сирии специалист по усовершенствованию фотокамер. ...Но вернемся в осень 1980 года. События развивались стремительно. В начале октября Ирак и Иордания стали обвинять Сирию в разжигании конфликта между Ираном и Ираком. В Багдаде и Аммане появились сообщения о том, что в составе иранских войск якобы действуют сирийские и ливанские части. В разговоре по этому поводу начальник генерального штаба вооруженных сил Сирии корпусной генерал X. Шехаби мне сказал: "Иран не нуждается в иностранных добровольцах. У него есть миллионы своих доблестных бойцов, готовых дать отпор иракским захватчикам". В эти дни Сирия заявила об установлении новых отношений с СССР. 9 октября в Москве между Советским Союзом и Сирией был подписан Договор о дружбе и сотрудничестве.

Этот документ ко многому обязывал весь аппарат главного военного советника. Прежде всего нужно было активизировать работу по совершенствованию форм оперативной и боевой подготовки сирийских войск и штабов. Для решения этих непростых задач нужно было усилить состав советников работоспособными, знающими дело специалистами. Министерство обороны СССР пошло навстречу нашим предложениям: в короткие сроки основные звенья советнического аппарата были укомплектованы опытными генералами и офицерами. На должность заместителя по вооружению прибыл генерал-майор В.Н. Гурьев - высококвалифицированный специалист и прекрасный организатор. Старшим советником по средствам противовоздушной обороны (ПВО) стал генерал-лейтенант К.С. Бабенко. Он был переведен в Сирию с должности заместителя командующего войсками Бакинского округа ПВО. Старшими советниками по военно-воздушным силам (ВВС) и средствам радиоэлектронной борьбы (РЭБ) назначены генерал-майор авиации В.А. Соколов и генерал-майор Ю.С. Ульченко. Работали мы, не считаясь со временем. Уже в середине ноября, к удивлению министра обороны CAP М. Тласа, документы по оперативной и боевой подготовке на 1981 год были разработаны и переведены на арабский язык.

Верховный главнокомандующий X. Асад с благодарностью принял наши предложения, приказал внед-рить их во всех звеньях сирийских вооруженных сил. Примерно с середины ноября со стороны сирийского военного руководства в отношении советских представителей стала проявляться некоторая неудовлетворенность. О причинах ее мы с послом В.И. Юхиным узнали 19 ноября, когда были приглашены к министру обороны Сирии. Он сказал, что мобилизационные ресурсы у Сирии имеются. В случае войны, а она уже не за горами, страна может развернуть миллионную армию, однако вооружения для нее нет, и этого почему-то в Москве не понимают. Разговор закончился вручением послания председателя совета министров CAP А. Касема на имя А.Н. Косыгина. В письме была выражена неудовлетворенность сирийского руководства принятыми в Москве решениями о поставках вооружения и военной техники, изложена просьба о направлении в Сирию в 1981 - 1982 гг. новейшего специмущества на сумму около 2 млрд рублей, а также о пересмотре платежного баланса. Вопрос о приоритете поставок над всеми другими сторонами советско-сирийского военного сотрудничества еще долго оставался в центре внимания обеих стран. Значительное продвижение вперед в этом вопросе наметилось с начала 1982 года, когда на Ближнем Востоке все явственнее ощущалось приближение крупного военного конфликта. Начальник Генерального штаба Вооруженных Сил СССР Маршал Советского Союза Н.В. Огарков потребовал представить подробный доклад о состоянии сирийских вооруженных сил с выводами и предложениями. Несколько суток кряду готовили документ, аргументируя каждое положение. С нашими выводами Генеральный штаб Вооруженных Сил СССР согласился. Однако вскоре последовал звонок от Огаркова с вопросом о слабых и сильных сторонах армии Израиля. Я доложил свою точку зрения.

Николай Васильевич внимательно выслушал, счел мои соображения резонными и пожелал успеха. Со звонком Огаркова наверняка связано последовавшее через несколько дней после этого приглашение к начальнику генерального штаба CAP X. Шехаби. Он передал мне два послания на имя Н.В. Огаркова, которые приводятся ниже с сокращениями. В первом, в частности, говорилось: "Уважаемый тов. маршал! По поручению правительства имею честь довести до Вас, что согласно решению политического руководства Сирии наша делегация будет иметь полномочия только на подписание соглашения о поставках, что касается соглашения о размещении и заходах, то это соглашение находится в стадии рассмотрения политическим руководством страны с учетом развития текущих событий внутри страны, в регионе и в мире. [...] Выражаем надежду, что наша делегация будет принята Вами в определенные сроки для окончательного подписания соглашения о поставках. X. Шехаби" Второе послание гласило: "Дорогой друг, тов. маршал! Те условия, которые ставят наши советские друзья, связывая подписание соглашения о поставках с подписанием соглашения о заходах, закладывают новое направление в отношениях между нашими двумя странами, и это направление не соответствует духу договора, подписанного двумя нашими президентами в октябре 1980 года. [...] Я надеюсь, наши друзья понимают, что вопрос о заходах и размещении то особый вопрос. Он связан со многими вопросами в регионе, а также независимостью и суверенитетом, и поэтому нуждается в более подробном двустороннем изучении и осмыслении с тем, чтобы не допустить непоправимых ошибок. Мы отвергали и отвергаем все нападки и сравнения недругов нашего с Вами сотрудничества и проводимые ими параллели в отношении союза США и Израиля. Но нельзя не учитывать, а тем более забывать, что США только за последний год оказали Израилю помощь на 3 млрд долл., Египту - на 1,5 млрд и при этом, как нам известно, без предварительных условий. [...] Заканчивая письмо, хочу сказать: мы видим свой долг в том, чтобы развивать и закреплять наше сотрудничество. Такое сотрудничество, которое служило бы совместным интересам и поднимало наши отношения на еще более высокий уровень, чем в настоящее время. X. Шехаби". Через два дня посол получил из Москвы указания. Первое: "Дамаск, совпослу. Посетите совместно с главным военным советником министра обороны Тласа и передайте от политического руководства СССР наше согласие принять в Москве в апреле 1982 года в согласованные сроки сирийскую правительственную делегацию для переговоров и подписания соглашения о поставке специмущества в соответствии с известными сирийской стороне решениями Советского правительства. Об исполнении телеграфируйте. Громыко". Второе: "Только для Вас и главного военного советника. Постановление Политбюро ЦК КПСС № 723 от 8.4.1982 г. В целях поддержания режима X. Асада в его борьбе с антиправительственными выступлениями внутри страны и арабской реакцией признано целесообразным с нашей стороны не увязывать соглашение о размещении с соглашением о поставках. Л. Брежнев. 8 апреля 1982 г." Настоящим бальзамом на сердце стали для нас с послом эти телеграммы. Они означали, что удалось достигнуть главного: предотвратить такое развитие событий, когда бы СССР вольно или невольно был втянут в ближневосточный конфликт. 3 июня я направил в Москву шифро-телеграмму: "Начальнику Генерального штаба ВС СССР. Докладываю, что в ближайшие дни нужно ожидать вторжения сухопутной группировки ВС Израиля в Ливан” 3.6.1982 г.

Свои предложения доложил министру обороны CAP М. Тласу, затем президенту. Они полностью согласились с такой оценкой обстановки. Как мы и полагали, 5 июня израильская авиация нанесла удары по скоплениям палестинских военизированных формирований в районах Набатия, Арнун, Сайда и других. Началась новая война в Ливане. По-разному ее оценили, да и сейчас еще продолжают противоречиво рассматривать политические и военные деятели, средства массовой информации. Забегая вперед, скажу, что война, несмотря на ожесточенность боев, размеры потерь сторон в личном составе и боевой технике, носила ограниченный характер, операции не распространялись на глубинные районы Сирии и Израиля. Разработанный израильским генеральным штабом план боевых действий предусматривал в максимально короткие сроки выход израильских частей на подступы к Бейруту. В долине Бекаа, через которую пролегал кратчайший путь к Дамаску, наступала танковая дивизия Израиля. Она была усилена подразделениями "Нахал" (военизированные молодежные формирования). Противостоящие ей военизированные палестинские формирования остановить ее, естественно, не могли. Учитывая складывающуюся обстановку, сирийское командование выдвинуло сюда три передовых отряда по одному танковому батальону от 91-й танковой бригады на заблаговременно оборудованные в инженерном отношении рубежи. Каждый батальон был усилен ротой автоматчиков из полка коммандос и прикрывался зенитно-ракетными комплексами "Оса".

Передовые отряды с подобными средствами усиления были выдвинуты и на центральном участке оборонительной полосы. Главные силы сирийской группировки в Ливане (три дивизии в первом эшелоне и две - во втором) к началу войны находились в запасных районах. В полосе обороны были оставлены только ограниченные силы. При этом широко использовались ложные цели: надувные, закамуфлированные под цвет местности танки, орудия, зенитно-ракетные комплексы, покрытые металлизированной краской и снабженные термоизлучателями. Благодаря этому огневой удар израильских войск перед форсированием реки Захрани 8 июня не достиг реальной цели. А вот воздушный десант и переправившиеся на противоположный берег реки передовые отряды противника встретили организованный отпор. Враг был остановлен, а в некоторых местах отброшен на исходные рубежи. Главные силы израильских войск на северном берегу реки Захрани сосредоточились к утру 9 июня. К этому времени сирийские войска выдвинулись из запасных районов и заняли заранее оборудованные оборонительные полосы. С рассветом четыре танковые дивизии Израиля при поддержке артиллерии и авиации на фронте более 100 км - от побережья Средиземного моря до горных районов Гармон - двинулись в наступление. Столкнулись в противоборстве самые мощные на Ближнем Востоке вооруженные силы. С обеих сторон в сражении участвовало: более 200 тыс. человек личного состава (без учета палестинцев); около 3000 танков и БМП; свыше 3000 орудий и минометов; около 900 самолетов. По донесениям советских военных советников командиров корпусов, дивизий, бригад, сирийские войска сражались в целом хорошо. На совещании с руководством генштаба, которое проводил лично главнокомандующий X. Асад, было сообщено, что в течение четырех дней сирийские ВВС произвели 958 боевых вылетов и сбили в воздушных боях 23 израильских самолета. Средствами ПВО CAP уничтожено 35 воздушных целей, из них 27 боевых самолетов, Сухопутные войска уничтожили 160 израильских танков, более 10 артиллерийских и зенитно-ракетных батарей, Войска противника понесли большие потери в живой силе.

 С 10 июня инициатива перешла в руки сирийского командования. Сложилась благоприятная обстановка для перехода к более активным действиям. Сирийцы стали готовить контрудар силами 1-й и 3-й танковых дивизий, 47-й и 51-й отдельных танковых бригад и четырех полков коммандос во фланг и тыл противника, прорвавшегося вдоль Средиземноморского побережья и вышедшего к Бейруту. Имелась реальная возможность окружить и уничтожить агрессора. Однако события приняли иной, нежелательный для Сирии оборот, На выручку Израилю поспешили США и их союзники. В Дамаск последовала серия визитов высокопоставленных представителей американской администрации. Итогом их переговоров с руководителями CAP, сопровождавшихся нажимом и посулами, стало распоряжение президента X, Асада от 11 июня 1982 года о прекращении боевых действий сирийских войск против израильтян и закреплении их на достигнутых рубежах. Это перемирие было не в пользу Сирии. Американцы и их союзники по НАТО использовали передышку для сосредоточения своих флотов в Средиземном море, и в частности у побережья Ливана. Израильское командование получило время для перегруппировки сил и средств. В мировом общественном мнении могло сложиться впечатление, будто Сирия потерпела поражение и капитулировала. Особую досаду вызывало то, что и в Москве далеко не все разобрались в сложившейся обстановке. Из различных видов вооруженных сил и родов войск в Дамаск, не спрашивая согласия руководства CAP, начали приезжать одна комиссия за другой. Интересовались, в частности, причинами уничтожения зенитно-ракетных комплексов, Причем виновников, как ни странно, искали прежде всего среди своих. Нетрудно представить, как чувствовали себя в этой неразберихе офицеры советнического аппарата.

 

Мириться с таким положением дел больше было невозможно, и я решил обратиться к министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Д.Ф. Устинову. По телефону я доложил, что перемирие ненадолго, схватка Сирии с Израилем еще впереди. Разговор продолжался более часа. Дмитрий Федорович не прерывал, внимательно слушал меня, в заключение сказал: "Надо согласиться с вами. Мы предпримем меры, чтобы поправить дело. Передайте сирийскому руководству: пусть немедленно, сегодня же, посылают в Москву делегацию, чтобы определить, какую технику, оружие и боеприпасы надо поставить в первую очередь. С этой делегацией пусть вылетает ваш заместитель по вооружению. Проверяющих, кроме Юрасова и Горшкова, откомандировать немедленно в Москву". В продолжение и подкрепление телефонного разговора с Д.Ф. Устиновым я направил на его имя шифротелеграмму следующего содержания: "По различным источникам, а иногда и от лиц, которые были далеки от реально происходящих событий, делаются выводы о каком-то поражении и даже полном разгроме сирийских вооруженных сил в Ливане при отражении израильской агрессии. С такими выводами и сообщениями согласиться нельзя. Во-первых, такие заключения полностью смыкаются с желанием США и всей мировой иудейской мафии: дискредитировать советское оружие, наше оперативное искусство и тактику, создать желаемый для них на этом этапе "миф о непобедимости". Во-вторых, это не соответствует действительности. Сирийские вооруженные силы, как Вам известно, в активные боевые действия вступили только 9 июня 1982 года, когда израильтяне перенесли боевые действия в зону их ответственности, т.е. на четвертый день войны. Четырем танковым дивизиям и двум отдельным бригадам израильских войск нанесено серьезное поражение. К утру 11 июня сирийские войска полностью овладели инициативой и стали организованно контратаковать. На дамасском направлении провели артиллерийскую контрподготовку по району сосредоточения прибывшей 14-й танковой дивизии противника и сорвали ее ввод в сражение. Сирийскими войсками была отражена в Ливане и психическая атака, предпринятая с целью прорыва обороны в долине Бекаа и захвата автомагистрали Бейрут - Дамаск.

 

Подбитый израильский танк «Мегах» с динамической защитой «Блайзер».

Подбитый израильский танк «Мегах» с динамической защитой «Блайзер».

 

Именно эта сложившаяся обстановка -переход инициативы в руки сирийцев -испугала США. Они поняли, что на этом этапе могут потерять свою "булаву" в лице Израиля на Ближнем Востоке и предприняли политический и дипломатический нажим, обман и шантаж, чтобы заставить руководство Сирии дать согласие на прекращение огня. В-третьих, советское оружие и боевая техника при умелом их использовании показали свою надежность перед новейшей американо-израильской, а наши танки, особенно Т-72 и Т-62, - полное превосходство. В-четвертых, сирийские соединения и части, принявшие участие в боевых действиях, не только не потеряли свою боевую способность, а наоборот, окрепли, уверовав в свою силу, убедились в надежности и превосходстве советского оружия в их руках. Прочно продолжают удерживать в Ливане занимаемые ими оборонительные рубежи на час прекращения огня, совершенствуют их в инженерном отношении и готовы к отражению атак противника в случае возобновления военных действий. Оперативно-стратегическое руководство осуществлялось и продолжается при помощи наших советников при центральном аппарате министерства обороны Сирии. Верховный главнокомандующий - президент X. Асад и министр обороны Сирийской Арабской Республики М. Тлас работают в тесном контакте с нами. Решения по военным вопросам вырабатываются совместно.

 В-пятых, ВВС и ПВО, части РЭБ, радио- и радиотехнические подразделения, оснащенные нашей техникой, делали и делают все возможное для выполнения задач. Но надо признать: наша техника уступает технике США и Израиля. В этих видах ВС, родах войск и спецвойсках ВС CAP много уязвимых мест, о чем я Вам докладывал раньше и подробно доложат с прибытием в Москву Л.И. Горшков - заместитель начальника ВПК при Совете Министров СССР и первый заместитель главкома ПВО страны генерал-полковник Е.С. Юрасов. Яшкин. 12 июня 1982 г.". Должен подчеркнуть, что после этого доклада положение начало исправляться, в том числе и в отношении освещения событий на Ближнем Востоке в отечественных средствах массовой информации. В Дамаске появились корреспонденты "Красной звезды", ТАСС, политические обозреватели Гостелерадио.

 В развенчивании созданного западной пропагандой мифа об отставании нашей техники и вооружения значительный вклад внесли сирийские руководители. "Это - безосновательная ложь, - говорил на 20-м съезде профсоюзов Сирии президент X. Асад. - Ложь, не выдержавшая испытаний в прошедших боя. Не выдержит она их и в грядущих сражениях". Президент привел такой пример: "Они много говорили об израильском танке "Меркава", утверждая, что он лучший в мире. Однако бои показали, что лучшим среди танков, участвовавших в сражении, был танк Т-72.

 

Танк "Меркава" подбитый из РПГ в Бейруте.
Фото: SOLO

Танк "Меркава" подбитый из РПГ в Бейруте.

Фото: SOLO

 

Там, где этот танк противостоял израильским, последние не выдерживали". Аналогичные заявления не раз делал министр обороны CAP М. Тлас. Немало примеров, опровергающих измышления сионистской пропаганды, публиковала сирийская печать. "Наше оружие хорошее, и наши бойцы способны использовать его с максимальной эффективностью" - под таким заголовком сирийская газета "Тишрин" в двух номерах опубликовала репортаж из подразделения противовоздушной обороны. Воины этого подразделения в одном из боев сбили израильский самолет американского производства "Фантом", совершавший разведывательный полет над позициями сирийских частей. В ряду мер, осуществленных в тот период советским руководством с целью поддержки Сирии в ее борьбе против израильской агрессии, важное значение имел приезд в CAP представительной делегации из Москвы во главе с Маршалом Советского Союза Н.В. Огарковым. Рабочая группа делегации занималась определением потребностей вооруженных сил Сирии в новой технике, оружии, боеприпасах. Речь шла о боеприпасах так называемого объемного взрыва, а также ракетах "воздух оздух" типа АА-8, АА-7.

Вскоре в CAP стали прибывать советские самолеты МИГ-23 и МИГ-25. По своим боевым качествам они не уступали американским машинам Ф-15 и Ф-16. Активизация поставок советского вооружения в Сирию, моральная поддержка, оказанная направлением в Дамаск столь представительной делегации, были тем более важны, что несколькими днями раньше, 18 июля, израильские войска, нарушив условия перемирия, обрушили огневые удары на сирийские позиции. Израильские войска предпринимали одну попытку за другой, чтобы прорвать оборону сирийцев в долине Бекаа, но они не увенчались успехом. И здесь сыграли важную роль не только упорство сирийских пехотинцев, артиллеристов, танкистов, не только навыки, приобретенные командным составом в быстром сосредоточении сил и средств на угрожаемых участках. Многое значило умелое инженерное оборудование позиций. Должен признаться, что нашим советникам непросто было этого добиться. Сирийские офицеры говорили: зачем тратить силы, зарываться в землю, если достигнуто перемирие? Позже, познав в боях роль инженерного оборудования местности, они искренне благодарили нас. В ходе боевых действий хорошо зарекомендовали себя подвижные противотанковые подразделения, вооруженные противотанковыми управляемыми ракетами (ПТУР) "фагот".

История их появления в сирийских механизированных бригадах такова. В один из первых дней войны советник при командующем сирийскими войсками в Ливане генерал-майор М.П. Носенко завел речь о подвижном противотанковом резерве. "Идея хорошая, Михаил Петрович, но из чего его создать?" - спросил я. "Подойдут наши ПТУР "фагот". Я их возможности хорошо знаю. Машины же для их установки подберем здесь", - ответил М.П. Носенко. При очередном докладе в Москву я поделился этой идеей с первым заместителем министра обороны СССР Маршалом Советского Союза С.Л. Соколовым. Он поддержал наше предложение. Буквально на второй день специальными авиарейсами в Сирию были доставлены 120 ПТУР "Фагот" и по шесть комплектов боеприпасов к ним. В мехбригадах 1-й и 3-й танковых дивизий и во вновь созданной 10-й механизированной дивизии сформировали подвижные противотанковые взводы на машинах-вездеходах. За несколько дней боев они уничтожили более 150 танков противника. Только одна 21-я мехбригада 3-й танковой дивизии в боях на подступах в Дамасскому плато уничтожила 59 боевых машин. Хотелось бы привести и другие примеры умелых действий наших советников и специалистов, их мужества и доблести. В боях за удержание шоссейной дороги Бейрут - Дамаск и на подступах к Дамасскому плато обстановка иногда складывалась так, что им приходилось браться за оружие. 20 июля мне пришлось поволноваться за генерал-майора М.П. Носенко.

 В тыл сирийских войск противник высадил тактический десант. Часть его просочилась в направлении пункта управления М.П. Носенко. Группа управления в составе пяти советских и трех сирийских офицеров, а также двух экипажей радиостанций вступила в схватку. Около часа она отражала натиск, пока не подошла танковая рота. Общими усилиями противник был уничтожен. В этой схватке погибли два наших сержанта и два сирийских офицера. Получил ранение и М.П. Носенко. В ходе боев случалось всякое. Военному советнику при командире 10-й механизированной дивизии генерал-майору В.В. Губкину пришлось временно принять командование соединением. Дивизия получила задачу занять полосу обороны в горных районах Алей. В ходе рекогносцировки командир дивизии бригадный генерал Эт-Дин Акла заболел. Перед эвакуацией в госпиталь он попросил генерала Губкина завершить работу. Командирам частей приказал беспрекословно выполнять указания советника. Дивизия своевременно заняла полосу обороны, оборудовала ее в инженерном отношении. Затем успешно отразила все атаки противника. Вспоминая время, проведенное под жарким солнцем Сирии и Ливана, я всегда испытываю чувство гордости за своих боевых товарищей, военных советников и специалистов. Абсолютное большинство из них - люди высокого долга и чести, подлинные мастера своего дела. Об этом свидетельствуют и высокие награды, которыми отмечен их вклад в укрепление обороноспособности Сирии, Генерал-майор М.П. Носенко награжден орденами Красного Знамени и Красной Звезды, а также четырьмя орденами Сирийской Арабской Республики. Военный советник при командующем ВВС CAP генерал-лейтенант авиации В.А. Соколов удостоен орденов Красного Знамени, Красной Звезды и двух сирийских наград. Мужество и отвагу проявили советники, находившиеся в войсках ПВО под руководством генерал-лейтенанта К.С. Бабенко. Целеустремленно работал коллектив советников в частях РЭБ под руководством генерал-майора Ю.С, Ульченко. В короткие сроки он сумел внедрить в вооруженных силах CAP новую технику. Доброго слова заслуживают советники при командирах дивизий, бригад и батальонов.

Большую часть времени они работали на переднем крае, помогали сирийским командирам организовывать бой, проявляя при этом отвагу и мужество. Хочется отметить советника при командире 7-й механизированной дивизии, а потом при командире 1-го армейского корпуса генерал-майора Н.В. Логвинова, советников генерал-майоров Н.А. Лисов-ского, В.В. Губкина.

О событиях второй половины 1982-го, а также 1983 - 1984 гг. расскажу коротко. В конце августа Израиль возобновил авиационные удары и артиллерийские обстрелы по сирийским позициям и атаки по всему фронту. Новое наступление было предпринято в Бейруте с целью овладеть городом. Сирия в ответ была вынуждена ввести в восточный Бейрут полки коммандос, две механизированные бригады и четыре отдельных танковых батальона.

Атаки израильтян захлебнулись. Новый президент Ливана Башир Жмайель обратился к президенту США Р. Рейгану с просьбой об оказании помощи. В Вашингтоне только этого и ждали. В середине сентября военно-морские силы НАТО устроили вокруг Бейрута морскую блокаду. В эти дни Израиль вновь попытался прорвать оборону сирийских войск, и вновь неудачно. То была, по сути, последняя серьёзная попытка Израиля добиться поставленных в Ливане целей. Она окончилась полным провалом как в военном, так и в политическом отношении. Вместе с тем Израиль демонстративно стал сосредоточивать свежие войска на юге Ливана, проводить их перегруппировку в целях освобождения территории для размещения сил НАТО. Мы понимали, что руководство Сирии нуждается в поддержке, и докладывали об этом. В конце октября 1982 года нас с послом вызвали в Москву. Вслед за нами прибыла сирийская делегация во главе с президентом X. Асадом. Начались переговоры. С нашей стороны в них участвовали Л.И. Брежнев, Н.А. Тихонов, Ю.В. Андропов, Д.Ф, Устинов, А.А. Громыко, Н.В. Огарков, посол в Сирийской Арабской Республике В.И. Юхин и автор этих строк.

 Главным итогом этих переговоров можно назвать решение о переброске в Сирию двух зенитно-ракетных полков, подразделений радиоэлектронной борьбы. Новой советской техникой пополнялись сирийские ВВС и ПВО. В результате принятых мер противовоздушная оборона Сирии стала гораздо эффективнее той, что была в июне 1982 года. Это наглядно проявилось в декабре 1983-го, когда началась морская блокада Ливана силами четырех государств НАТО - США, Англии, Франции, Италии. Корабельная артиллерия большой мощности и бомбардировочная авиация стали наносить массированные удары по войскам национально-патриотических сил Ливана, оборонительным позициям сирийских войск в его центральной части. Одновременно авиация, ракетные войска и артиллерия Израиля обрушили огонь на сирийские войска в долине Бекаа и в горных районах Барук. Сирийская армия нанесла ответные удары. По данным разведки это причинило ощутимый урон израильтянам. Огонь с их стороны стал значительно слабее. В марте 1984 года в связи с изменением обстановки было принято решение о выводе нашего воинского контингента с территории CAP и передаче советской боевой техники и оружия вооруженным силам Сирии. Советские военные советники и специалисты продолжали выполнять в Сирии свою дружественную миссию и в последующие годы. Хочется верить, что их вклад в укрепление обороноспособности этой древней и прекрасной страны будет по достоинству оценен ее благодарным народом.

 

Израильский танк, подбитый ПТРК «Малютка» в районе деревни Султан-Якуб.

Израильский танк, подбитый ПТРК «Малютка» в районе деревни Султан-Якуб.